План мира с Москвой
(16.08.1551 - 17.03.1552)
С Иваном Грозным связан завершающий этап визитов Рюриковичей в Казань.
После долгих переговоров между Москвой и аристократией Казани 16 августа 1551 года в Свияжск от Ивана Грозного прибыл специальный представитель Алексей Адашев - для провозглашения казанским ханом Шах-Али, сына Шейха-Аулиара из Касимовской династии; а также князь Серебряный - для ареста ханши Сююмбике с сыном Утямыш-Гиреем. 23 августа вблизи Казани высадилось русское войско для гарантии принятых решений.
На следующий день состоялся курултай казанской знати на Царевом лугу - современном месте слияния улиц Татарстан и Кирова. Дипломатические решения, подтвержденные демонстрацией силы, были утверждены. Николай Загоскин написал: “С 13 по 15 (23 - 25 на современный лад - В.К.) августа на обширном лугу, простиравшемся от казанского устья до Бешболды (южная часть нынешней Адмиралтейской слободы), происходила присяга казанцев новому царю своему...”
Однако московского ставленника на казанском престоле, уже дважды изгонявшегося из Казани, в Казани видеть не хотели. И было из-за чего. Иван Грозный не только посадил Шах-Али, но и в качестве компенсации ущерба за прошлые набеги аннексировал в пользу Москвы земли на высоком берегу Волги, отдав их в управление свияжскому воеводе. Казанцы были недовольны, зрел заговор. Шах-Али это чувствовал и просил Москву вернуть земли. Николай Загоскин пишет: "Царь Иоанн был глубоко возмущен неистовствами своего посаженника. В Казань прислан Адашев для объявления Шах-Али, что в столицу его будут введены русские войска. “Сам понимаю, - ответил казанский царь, - что казанцы меня ненавидят и что царствовать мне здесь нельзя. Но я - правоверный мусульманин, и Казани вам, христианам, не сдам, хотя и облегчу вам победу, заклепав пушки и перебив здешних вельмож”.
Находившиеся в то же время в Москве казанские послы с князем Муралеем во главе предупредили царя Иоанна, что Казани не миновать нового мятежа, если не будет сведен с престола Шах-Али, на которого казанцы смотрят, как на злодея, убийцу и грабителя.
Чувствуя силу Москвы, казанская знать предложила компромисс. "Все сводилось к замене хана русским наместником, назначавшимся царем из числа русских людей, и к осуществлению основных пожеланий русского правительства - вечного мира между обоими государствами и уничтожения христианского рабства; казанцы получали вновь воссоединение обоих частей своего государства..." (М. Худяков).
Эта идея Москву вдохновила. В Свияжске начались активные переговоры казанцев во главе с огланом (представитель военно-служилой феодальной аристократии) Ходай-Кулом и представителями московского правительства, возглавляемыми Алексеем Адашевым. Наместником царя в Казани был определен свияжский воевода Семен Микулинский. 17 марта 1552 года Чапкун Отучев, Бурнаш и Иван Черемисинов приехали в Казань - и “лутчие люди” Казани приняли присягу на верность наместнику русского царя.

Обида бывшего хана
(18.03.1552)
18 марта в Свияжск отправилось посольство - муллы, князья и оглан Худай-Кул, которые получили от наместника и других воевод заверения в том, что на казанских бояр и дворян распространяются все привилегии русских бояр и дворян. Вечером наместнику доносили, что в Казани все спокойно. Ночью в город прибыл багаж наместника - “кош легкой с ествою” и 70 казаков - “они на цареве дворе пригодятся на всякое дело”.
Обиженный и сверженный Шах-Али в окружении свиты, писавшей на него доносы в Москву, поехал в Свияжск. Как только он оказался внутри крепостных стен, как пишет "Казанская история", “повеле царь врата граду затворити и всех казанцев изымати, мятежников и клятвопреступников казанских. И поимавше всех, и не утече с вестию ни един в Казань”. Были пленены 700 казанцев и 90 “больших вельмож”.
“Казанская история” сообщает: “Сами же воеводы того дни со царем почаше пировати и веселитися, яко сотворше последную победу над казанцы и крепце и конечне взявше Казань, и позакоснеша мало, и прозабывшеся в пиянстве, и не поскориша того дни въехати в Казань со всею силою своею. А царь не премолкая глаголаше им и посылаша их в Казань, доколе не сведают казанцы велмож своих изыманных. Но единаче продумавшеся, не послушав царя”.
Обида одного и беспечность других привели к самым плачевным последствиям.

Ворота - на запоре
(19.03.1552)
На следующий день, 19 марта утром, Семен Микулинский выехал из Свияжска в Казань. Вместе с ним ехали воеводы, двигался военный отряд, позади следовали заложники, взятые Шах-Али.
В городе все было спокойно. И. Черемисинов продолжать приводить казанцев к присяге. Однако сопровождавшие русское войско знатные казанцы хорошо помнили, как вероломно расправился со своими врагами прошлым вечером в Свияжске ненавистный Шах-Али. Когда наместник приехал в Бежбалду, сопровождавшие его князья Ислам и Кебек, а также мурза Алике Нарыков попросили у него разрешения ехать вперед. Приехав в городскую крепость, они заперли крепостные ворота и рассказали, как радостно встречали накануне русские воеводы ненавистного убийцу Шах-Али, заковав в кандалы его противников. Это известие напугало многих горожан. Казанцы стали вооружаться. В их настроениях произошли важные изменения.
На Булаке московских воевод встретили бежавшие из крепости князь Кул-Али и И. Черемисинов. Историк М. Худяков писал: “Бояре подъехали к крепости, к Ханским воротам. Ворота были заперты. Перед воротами наместника встретили оглан Худай-Кул, князь Алиман и другие князья. Они “почали бити челом, чтобы ся не кручинили”, говорили, что возмутили народ лихие люди, и просили подождать, пока успокоятся. Озадаченные бояре послали в крепость оглана Худай-Кула и князя Бурнаша спросить, почему казанцы изменили свое решение, а также уверить, что русские никакого зла никому не причинят. Казанцы ответили, что жители боятся резни.
Русские неоднократно пытались начать переговоры, но не добились никаких результатов. Тогда наместник приказал арестовать оказавшихся под рукой знатных заложников. Измена только что совершенной клятве верности была равнозначна объявлению войны.

“Вся земля Казанская вооружалась…”
(20.03. 1552 - 19.05.1552)
Попавших под руку 180 русских стрельцов казанцы убили, привезенную в ханский дворец “рухлядь воеводскую” поделили между собой. Немедленно на ханский престол был приглашен астраханский царевич Едигей (Ядыгар), живший в Ногайском княжестве. Одновременно казанцы начали боевые действия, чтобы выгнать русских из пределов ханства, однако неудачно: отряд князя Шах-Чуры и мурзы Шамая был разбит, а его предводители казнены. Восстали жители высокого берега Волги, недовольные тем, что год назад оказались под властью Москвы. И только Свияжск остался в руках русских.
Историк Н. Костомаров уточнял: “Вся земля Казанская вооружалась, даже чуваши изменили Москве, испытав над собой управление воевод московских”.
Таким образом, Ивану Грозному не оставили иного выбора, кроме как возобновить боевые действия. Наученный горьким опытом неудачного похода зимы 1550 года, когда ранняя оттепель вскрыла реки и лишила русское войско возможности пополнять запасы продовольствия и пороха, московский царь не спешил с ответными мерами. Сначала он переждал весеннее половодье. А 19 мая 1552 года отправил двенадцать воевод с войском в ладьях и стругах Волгой и Камой к Казани.

Валерий КУРНОСОВ.
Читайте предыдущие публикации рубрики в номерах 4-5 и 6-7.

Из редакционной почты
Победил с четвертой попытки

С интересом прочитал первые две публикации Валерия Курносова о визитах российских правителей в Казань. Стараюсь собирать все материалы, связанные с завоеванием Казанского ханства Иваном Грозным, а потому сразу увидел одну неточность. Автор пишет, что первый поход Грозного в Казань состоялся в 1550 году, в феврале. Но в статье Ольги Хованской, опубликованной в журнале “Казань” в 2002 году (номер 7) я прочитал, что впервые русский царь подошел со своим войском к Казани в декабре 1547 года. Но вдруг наступила неожиданная оттепель, лед покрылся водой, пушки, пищали, люди стали тонуть. И царь вынужден был вернуться в Москву, приказав князю Бельскому идти на соединение с Шах-Али к устью Цивиля, а затем - на Казань. После семидневной осады города войско отступило.
Как пишет Хованская, первый поход имел большое значение для формирования Ивана Грозного как военачальника. Он лично убедился в ряде крупных недостатков в организации русской армии, два года спустя ее реформировал, что дало ему возможность позднее одержать победу над Казанью.
И.ХАЙРУЛЛИН,
студент.

Газета зарегистрирована Министерством по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций РФ

Свидетельство о регистрации ПИ №7-0541

2002-2003 ©kazanhistory@narod.ru